Тихий Океан, Атлантический Океан, Ганга, Рейн, Эльба, Ока. Новые берега продолжают звать меня на моем жизненном пути, а реки, океаны, и моря продолжают открывать мне всё новые мифы и тайны нашего мироздания. В этот раз, дорога жизни привела меня к берегам острова Ольхон, окруженного прозрачными водами Байкала – древнейшего и глубочайшего озера нашей планеты. Добравшись до острова, я осмотрелась и прислушалась к ощущениям: тишина, частые порывы мягкого сухого ветра, приятный и слегка пронизанный туманом воздух. Аромат подсушенной солнцем и пожелтевшей степной травы. Беспечно пасущиеся лошади. На острове нет времени, есть только настоящее, всецело приковывающее к себе моё сознание. Природа острова хранит свой первозданный облик, а атмосфера непоколебимого величия, таинственной красоты, и гармонии пронизывает всё живое. Неспроста Ольхон называют “сердцем” Байкала. Местные пейзажи невероятно многообразны и сочетают в себе горные массивы, просторы холмистых степей, ленты древнего сосново-лиственничного леса, отвесные прибрежные скалы, не говоря уже о видах, открывающихся с берегов на заливы, полуострова, и его величество Байкал. К тому же, всё на Ольхоне окутано туманом мифов и легенд. О чем же мне поведает ‘сердце’ Байкала? Отправимся в путь и узнаем обо всём по порядку.

Прежде чем продолжать рассказ, считаю важным упомянуть несколько общеизвестных фактов о Байкале. Для этого привожу сокращенное изложение из книги писателя и краеведа Валентина Брянского:

Байкал – древнейшая межгорная котловина, наполненная чистейшей пресной водой, по объёму составляющую пятую часть мировых запасов пресных поверхностных вод. У старейшины озер почтенный возраст – 25 миллионов лет. Байкал – самое глубокое озеро мира, наибольшая глубина которого 1637 метров. Байкал – это живой и динамичный организм, развивающийся непрерывно в связи с бурной сейсмо тектонической активностью. Особой примечательностью байкальской котловины являются ветры, меняющие направление с сезонной и суточной периодичностью. Главенствующие на Байкале ветра имеют названия: Баргузин, Култук и Сарма. Сарма – самый страшный ураганный ветер, достигающий обычно скорости 40 метров в секунду. Принято считать, что длина береговой линии достигает 2100 км. При этом учитывается ее изрезанность мысами (которых насчитывается 174) и заливами примыкающими к ним. Байкал – обитель единственной в своем роде своеобразной водной фауны и флоры, древнейший очаг видообразования и формирования новых организмов. Озеро живет бурной тектонической жизнью, а берега его перемещаются, в связи с чем даже появилась гипотеза, что это начальная стадия образования океана. Байкал – это также и три десятка разных по размерам и природным особенностям, но одинаково прекрасных островов, самым крупным (и единственным населенным) из которых является остров Ольхон.¹

Итак, я нахожусь на Ольхоне, на шаманской земле, издревле оберегаемой местными Бурятами. Ведь как известно, Буряты, проживающие на западном берегу Байкала (в Иркутской области), исповедуют свою первоначальную веру – шаманизм, а на восточном (в Бурятии) под влиянием монголов обратились к буддизму.  В XVIII–XIX веках буддисты пробовали распространить своё вероисповедание в Забайкалье и Прибайкалье, но шаманисты в конце концов их вытеснили. По сей день, остров Ольхон является святилищем и одним из культовых центров общемонгольского и центральноазиатского значения. Издавна шаманы проводили здесь молебны о благе для всех на земле, о просветлении и избавлении мира от зла.

Шаманизм – древнейшая из религиозных традиций, основанная на поклонении духам, почитании предков, и обожествлению природы.  Возникновение этой традиции, по разным источникам, относят к периодам от начала IV тыс. до н. э, до времен палеолита. Для шаманистов природа – храм, а местами почитания являются выдающиеся природные объекты. Местные буряты поклоняются, в первую очередь, вечному синему небу (тэнгри), являющемся высшим представителем всех сил природы. Считается, что посредниками между людьми и духами-небожителями (тенгриями) являются духи также небесного происхождения, но спускающиеся на землю для проявления высших целей и воли вечного неба. У шаманистов каждая отдельная местность, каждое племя, каждый род имеют своих духов-покровителей и в каждой местности существуют свои легенды об их происхождении. Издревле, духом-покровителем Ольхона является белоголовый орел, который, согласно одной из легенд, является родным сыном хозяина острова.

Существует легенда об установлении среди бурят двух основных религий – шаманской и буддийской. Эту легенду сообщил этнограф П. П. Баторов: «Когда люди черноголового племени (поклонники злых шаманов) размножились на земле, то они начали жить между собой враждебно, убивали друг друга, так что, кто был сильнее, тот и был прав благодаря своей силе. Такой беспорядок на земле стал недопустимым, ввиду чего  небесные божества приказали духу Ханхирама-тэнгери, чтобы он послал на землю своих трех сыновей с целью водворить там среди народа закон и порядок, а в дальнейшем всем троим небесным сыновьям, находясь на земле, следить постоянно за установленным ими законом. Таким образом, упомянутые три брата на земле являются: первый из них блюститель буддийской религии — Далай-лама, второй стал во главе шаманской религии, — зовут его Хан-гута Бабай, а третий брат сделался царем тьмы и судьей грешных душ умерших людей. Хан-гута Бабай, сделавшись царем всех шаманов, избрал постоянным местопребыванием остров Ольхон и покровительствовал над всеми людьми, исповедующими шаманскую религию» .

Во время прогулок вдоль берега острова мне часто встречались деревянные или каменные невысокие столбы – так называемые сэргэ, или «коновязи», которые, по бурятскому обычаю, принадлежат отдельному роду. В прошлом они стояли у каждой юрты и символизировали “Мировое Дерево”, объединяющее три мира: верховных небожителей, земных обитателей и представителей подземного мира. Одним из священных мест для всех родов, исповедующих шаманизм является возвышенность Ольхона, на которой стоят тринадцать высоких сэргэ,  символизирующих тринадцать северных небесных повелителей. На сэргэ обычно развеваются ленты разного цвета.  В бурятском шаманизме цвет лент, навязываемых на столбы и деревья, имеет символическое значение и связан с обращением к духам. Вот основные значения цветов лент: Белый: символизирует чистоту, духовность, связь с предками и обращение к добрым небесным духам (Тэнгриям). Синий: олицетворение Вечного Синего Неба, бесконечности. Это символ гармонии, доброты и верности. Красный: символизирует кровные узы, семью, благосостояние; также ассоциируется с властью, величием и безопасностью. Желтый: связан с солнцем, процветанием, и обращением к духам за благополучием и достатком.  Зеленый: символ жизненной силы и плодородия. И у бурят и у монгол это женский цвет, который символизирует мать-землю и обращение к духам природы. 

В первый же вечер по прибытию на Ольхон я отправилась к Мысу Бурхан, представляющему собой высокий утес с обрывистыми скалами и считающийся особым сакральным местом для шаманистов. Сомнений о значимости этого места у меня не возникло: такой величественной, притягательной, и таинственной аурой обладало пространство, окружающее мыс и невероятно красивую двуглавую мраморную скалу Шаманку, окаймленную серебристо-голубыми водами Байкала. 

Скала Шаманка – важное сакральное место острова Ольхон и одна из святынь Азии – культовая точка притяжения для исповедующих шаманизм и буддизм. Ранее здесь проходили шаманские обряды и некоторое время находился алтарь Будды. Местные жители издавна считали скалу земным дворцом эжина (духа-хозяина) Ольхона Хана Хутэ-баабая – самого старшего и сильного из тринадцати северных небесных повелителей. Невидимые части дворца, по верованиям бурят, уходят высоко в небо и под землю. Монголы также почитали скалу как святыню и приезжали к ней молиться. Почитание скалы издревле было так велико, что путник на коне, скакавший из одного конца острова в другой, спешивался, обматывал копыта коня тканью и, пытаясь не издавать звуков, проходил мимо Шаманки. Полюбуйтесь на красавицу в различных её ракурсах и одеяниях светотени:

Многие проникновенные пейзажи предстояло мне увидеть во время изучения природы Ольхона и близлежащих островков, но Шаманка, пожалуй, заняла главенствующее место в моем сердце. Словно магнит, она притягивала меня к мысу при закатах и рассветах, даруя чувство единения в пронизывающей все существо тишине и одухотворенном спокойствии. Хотя Шаманка встала во главе каравана моих воспоминаний о Байкале, мой рассказ не будет полным без упоминания не менее значимых и прекрасных сокровищ уникальной природы и истории Ольхона.

Особого внимания заслуживает то, что помимо природного наследия, Ольхон хранит археологические свидетельства о жизни таинственного народа под названием курыканы, проживавшего здесь в V-VII веках. О курыканах до сих пор практически ничего не известно. Руины каменной защитной стены, предположительно использовавшейся в качестве культового святилища, а также остатки рва и вала, протянувшихся на перешейке одного из мысов, свидетельствуют о высокоразвитой культуре этих древних племен, впоследствии откочевавших на север и считающимися предками бурят и якутов.  На острове также присутствуют археологические свидетельства эпохи неолита. На основании раскопок уникального некрополя древнего сибирского племени в конце ХХ века была выдвинута гипотеза об азиатском происхождении северо-американского коренного населения, чьи предки пришли в Америку из Евразии через Берингов перешеек в каменном веке.  

Если история курыкан до сих пор окутана туманом тайн и отсутствием информации, то мифы и легенды окружающие местные памятники природы представлены в избытке. Мыс Хобо́й (в переводе с бурятского – «клык»), расположенный на северной оконечности острова Ольхон, представляет собой резко обрывающиеся в воду скалы и является еще одним святым местом среди местных. Другое название мыса — Дева, так как если смотреть на него с воды (чего мне не удалось сделать), то основная скала напоминает очертания женского тела. Согласно бурятской легенде, скала — это окаменевшая молодая женщина, просившая у небожителей тэнгриев из зависти к мужу такой же дворец, как и пожалованный ее супругу. Тэнгрии, со словами «Покуда на Земле будет зло и зависть, — будешь камнем», превратили её в скалу. 

Тема превращения вкамень – одна из самых распространенных в мифах, связанных с Ольхоном. Еще один выдающийся скальный мыс Саган-Хушун (в переводе с бурятского – «белый мыс»), расположенный на северо-западном берегу Ольхона и состоящий из трех беломраморных отвесных скал, отождествляется с тремя братьями, которых, согласно легенде, шаман отец превратил в камень за ослушание. Виды, открывающиеся с мысов, располагают к безмятежному созерцанию.

Еще одной местной достопримечательностью является каменистая гряда, также известная как Трезубец, расположенная на юге острова, посреди широкой степи. Три скальных останца покрытые ярко зеленым лишайником напоминают руины старинного замка, с вершин которого открываются красивейшие виды на холмистую степь, заливы, и полуострова. Здесь, как положенно в массивных скальных комплексах, вновь ощущается дыхание вечности.   

Неподалеку от Трезубца находится озеро Нуку-Нур, называемое также озером Сердце. С его берегов можно увидеть знаменитое Сарминское ущелье. Именно оттуда вырывается самый свирепый байкальский ветер – Сарма, скорость которого достигает 40 метров в секунду. Из-за этого здесь возникают ураганы, становящиеся порой причиной гибели судов на Байкале. По дну ущелья течёт и  впадает в Байкал красивая река Сарма, берущая своё начало с Приморского хребта. Также, Сарминское ущелье известно тем, что по нему русские казаки в 1643 году впервые вышли на берег Байкала. На скалах Сарминского ущелья до наших времён сохранились древние наскальные рисунки.

Кромка Ольхона разнородна, скалистые берега сменяются песчаными пляжами и примыкающими к ним бухтами и заливами, которые, как и внутренние озерца острова являются излюбленным местом купания местных лошадей. Наблюдать за ними, по праву, можно до бесконечности:

Вблизи острова Ольхон, на Острове Огой, есть еще одна достопримечательность – буддистская Ступа Просветления. В 2005 году московский буддистский Дхарма-центр получил разрешение установить в этом районе ступу, но только при одном условии, выдвинутом шаманами – построить святилище на безлюдном острове. Остров Огой идеально подошел для строительства, которое длилось три месяца силами волонтеров из разных стран. Руководил строительством лама из Бутана. В основании ступы были заложены статуя Матери всех Будд дакини Трома Нагмо, буддийские тексты, мантры, мощи сорока тибетских тантристов, горсти земель из разных святых мест, вода всех океанов. Считается, что ступу нужно обойти три раза – на первом кругу попросить прощения, на втором – поблагодарить, а на третьем – пожелать чего-то от чистого сердца.

Прогулка на лодочке между Ольхоном и Огоем предоставила возможность увидеть другие малые острова, которые представляют собой вершины скал, выступающих из глубин Байкала. На острове Ижелхей расположился птичий базар из чаек и бакланов, а у подножия острова Замогой на больших плоских камнях нежились глазастые нерпочки.

Я еще не решила, кому из повстречавшихся на моем пути представителей фауны Ольхона достанется первое место за фотогеничность, но каждый из них, мелькнув и скрывшись, очаровал выразительностью и вызвал в душе умиление.

Моменты из прогулок по Ольхону составляют драгоценное ожерелье воспоминаний. Пейзажи с безмятежно пасущимися лошадьми и коровами посреди широких степей, окаймленных таежным лесом, вызывали умиротворение, чувство родства с землей, и благоговение перед природой. Причудливой формы сосны, порой сильно изогнутые или с оголившимися корнями, напоминали о непрерывной борьбе за жизнь и, одновременно, о радости жизни. Созерцая ярко рыжие лилии, дикие маки, соцветия чабреца, и другие хрупкие цветы, растущие посреди песчаных, сухих почв несмотря на сильнейшие ураганные ветра, обретаешь вдохновение и уверенность в собственной стойкости. Гуляя по берегу Байкала и оглядываясь на прибрежные скалы, невольно улыбаешься, встретив среди них скалу-слона, с удовольствием потягивающим своим хоботом прозрачную Байкальскую воду. Эмоции вызываемые соприкосновением с первозданной природой порой похожи на то восторженное чувство, которое испытывает дитя, открывая красоту дивного мира впервые.

Причудливые и таинственные, величественные и трогательные – многие образы “сердца” Байкала находили отражение, словно в зеркале, в моем собственном сердце. Казалось бы, я осмотрела Ольхон со всех берегов и навестила главные его святыни и дивные уголки. Но, в день перед отъездом, я узнала о растущей поодаль от нашего поселка раскидистой лиственнице, самой старой из существующих ныне древ острова. Я загорелась желанием навестить семистолетнюю хранительницу мудрости веков и осуществила на рассвете небольшой самостоятельный поход сквозь лесную полосу острова к поселку Харанцы, вблизи которого проживало почитаемое древо.

Согласно поверьям бурятских и монгольских шаманистов, определённые растения и деревья обладают особой жизненной силой, в связи с чем их с давних времен почитают. На Ольхоне таковыми являются багульник, пихта, кедр, и, в особенности, лиственница. В мифологии бурят лиственница – это символ мирового дерева, соединяющего три мира и дарующего жизнь, а также, это олицетворение лестницы, по которой молитвы шаманов восходят на небо.³ Чем мощнее и толще ствол, тем больше дереву поклоняются, а самое старое и могучее в округе дерево называют мать-дерево. В таких деревьях, согласно местным представлениям, заключен древесный дух, который может защитить человека и помочь ему преодолеть невзгоды. Мифология бурят и эвенков также гласит, что лиственница – шаманское дерево, в которое после обучения в других мирах возвращалась в средний мир и поселялась звериная душа шамана – главный дух-помощник в его камланиях. По традиции, каждый шаман Сибири имел свое особое дерево, с которым связана его сила.

Добравшись по освещенному золотистым утренним светом лесу до безлюдного поселка, я отыскала старейшину острова. Жестом раскинутых в ширь ветвей-рук вождь-древо будто бы приветствует гостя, а может быть, демонстрирует застывший в моменте шаманский завораживающий танец. Если Ольхон считается сердцем Байкала, то, должно быть, эта лиственница – центр острова, ведь жизнь – это не что иное, как мгновение танца вечности. Налюбовавшись, я обняла и поблагодарила загадочную хозяйку места за возможность познакомиться с жизнью и традициями острова и, на всякий случай, загадала желание. Хотя шаманом быть вовсе не обязательно, но, всё же, бесконечное синее небо у нас у всех одно. 

1. Брянский, В. П. – Здравствуй, Байкал! : Акватория и побережье. Памятники природы. Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1989.
2. Баторов П. П.: сборник статей. Изд-во Института географии СО РАН, 2006
3. Волков С. Святыни и легенды Байкала. Поклонение священным деревьям. https://volkov.irkutsk.ru/sviatyni-i-lieghiendy-baikala/ 2023 г.